ЧЕЛОВЕКО-МАШИННЫЕ СИСТЕМЫ УСИЛЕНИЯ КОММУНИКАТИВНЫХ СПОСОБНОСТЕЙ ЧЕЛОВЕКА
АЛЕКСАНДР НЕЧИПОРЕНКО
КАНДИДАТ ФИЛОСОФСКИХ НАУК, ПРЕПОДАВАТЕЛЬ НГУ, ДИРЕКТОР КОМПАНИИ ITOPICA, ОДИН ИЗ ВЕДУЩИХ РАЗРАБОТЧИКОВ КОМПАНИИ SFERUM
ОСТРОВ 10-21. ВЛАДИВОСТОК, ОСТРОВ РУССКИЙ
ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ ИНТЕНСИВ ДЛЯ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ ЛИДЕРОВ
Цифровые технологии коммуникации и смыслообразования могут стать настоящим прорывом XXI века. Могут ли цифровые инструменты служить развитию высших интеллектуальных способностей человека? Мы разберемся, как разрабатываются человеко-машинные системы нового типа, как и с помощью каких инструментов происходит оцифровка коммуникации, поговорим о программах и экосистемах комплексных разработок
«В нашумевшей статье Джона Коттера „Что на самом деле делают эффективные генеральные менеджеры?“, впервые опубликованной в 1982 году и затем вторично опубликованной с новыми комментариями автора в Harvard Business Review (Kotter J., 1999), были проанализированы результаты хронометрических описаний „ежедневной рутины“ 15-ти успешных генеральных менеджеров 9-ти корпораций. Выяснилось, что от 70 до 90% своего рабочего времени они „общаются как одержимые“» — Сидоренко Е. В. Тренинг коммуникативной компетентности в деловом взаимодействии. — СПб.: Речь, 2008. — 208 с. С. 3
Представление о трансакционных издержках было введено Р. Коузом в первой половине XX века. В частности, Кроуз считал ими «неизбежные на рынке издержки проведения переговоров и заключения контрактов на каждую трансакцию обмена» Коуз Р. Природа фирмы / Р. Коуз. — М.: Экономика, 1993. — 320 с
В частности, Энгельбарт продемонстрировал работу компьютерной мыши и первый в мире прообраз курсора. Обратим на это особое внимание. Казалось бы, курсор — это такая незначительная деталь! Однако, если сравнить ввод программы с помощью телетайпа («печатной машинки») и с помощью текстового редактора, оснащенного курсором, обнаружится принципиальная разница. В первом случае мы работаем с документом линейно-последовательно: набираем и не можем вернуться к предыдущим строчкам, чтобы, например, исправить их. Во втором случае мы имеем возможность работать со всем документом целиком, переходить к любому его месту, выделять и перемещать любые его фрагменты и т. п.
Жегалин Владимир Александрович (1947 — 2002 гг.). Методолог, разработчик систем автоматизации деятельности, психолог, педагог, автор более 50 публикаций и нескольких изобретений
См. В. А. Жегалин. Автоматизация образования как культурно-социальная проблема. М., 2004
Понятие рефлексивного управление введено В. А. Лефером (см. В. А. Лефевр. Конфликтующие структуры. М, «Советское радио», 1973.)
Процесс развития как конкуренцию программ представил и описал И. Лакатос в своей работе «Фальсификация и методология научно-исследовательских программ» (1970). Оппонируя Т. Куну и К. Попперу, И. Лакатос выдвинул идею, что прогресс науки определяется конкуренцией научно-исследовательских программ, при которой именно программы борются за свою жизнеспособность, взаимодействуют и вытесняют друг друга с исторической сцены. Программа задает основополагающие идеи и принципы, на фундаменте которых строится серия сменяющих друг друга теорий. Эти принципы образуют «жесткое ядро» программы, они выдерживают постоянную критику и являются «нефальсифицируемыми гипотезами». При этомпериферия программы — «оболочки ядра» — подвержены фальсификации, перестраиваются, сменяют друг друга, предстают в виде все новых гипотез и теорий. Программа объединяет коллективы и поколения ученых, работающих в ней как определенной интеллектуальной традиции, разделяющих убеждение в истинности ядерных принципов программы. Сходные представления о программах разрабатывались в Московском Методологическом Кружке (ММК). Г. П. Щедровицкий, Н. Г. Алексеев, В. Я. Дубровский и другие члены методологического движения разрабатывали представления о программировании как об особом типе мыследеятельности, который дополняет исследование и проектирование и «снимает» их. Программирование рассматривалось в ММК как метод развития мыследеятельностных систем. Центральным моментом программирования была проблематизация и проблемное мышление. «Принципиально иной (чем сведение к задачам — А. Н.) является стратегия проблематизации. … В рамках этой стратегии мы стараемся предельно точно восстановить и описать конфликтную или противоречивую ситуацию, и в самих этих противоречиях и конфликтах видим знак, или сигнал стоящих за ними проблем. Сама квалификация ситуации как противоречивой или конфликтной запрещает нам сосредотачиваться на тех или иных целях, сформулированных действующими участниками, и переводить их в задачи. Вместо этого мы обязаны брать в качестве новых единиц для анализа связки противоречащих (конфликтующих) целей, или позиций, и объявлять их феноменальным выражением проблем. Сама ситуация в целом объявляется нами проблемной. И это означает, что совершенно бессмысленно искать для нее задачные аналоги — их нет в культурных арсеналах, накопленных человечеством. Здесь требуется работа по объяснению проблемной ситуации, выявлению причин и оснований противоречий и конфликтов и формулированию общественно-значимых проблем, разрешение которых приведет к разрешению и снятию самой этой проблемной ситуации…» (См. Щедровицкий. Г. П. Программирование научных исследований и разработок. М., 1999., с. 260−261)
Dion Hinchcliffe. Creative commons. 2015. Материал из доклада А. Орехова «Разбор эволюционных переходов мира в цифровую эпоху» на семинаре IT-кластера новосибирского Академгородка, семинар № 3, см. презентацию
ЭФФЕКТИВНОСТЬ КОММУНИКАЦИИ
Коммуникация, диалог, общение — это то, что пронизывает всю нашу жизнь и деятельность.
Для работы организации очень важным вопросом является эффективность коммуникаций. Действительно, руководство и топ-менеджмент тратят на коммуникацию вплоть до 90 % рабочего времени, именно коммуникация составляет одну из самых значительных трансакционных издержек
как определять эффективность коммуникации?
Рассмотрим для примера деловые переговоры, итогом которых предполагается определенное соглашение между партнерами. В переговорах должны быть прояснены позиции сторон, взаимные обязательства, условия взаимодействия и т. п., а результат должен быть зафиксирован в письменной форме в виде контракта. Тот случай, когда стороны не пришли к соглашению, не всегда свидетельствует о неэффективности коммуникации. Возможно, именно высокое качество переговоров позволило очень точно выявить принципиальное расхождение позиций и невозможность партнерства. А может быть и обратное: стороны договорились, но их соглашение оказалось основанным на неверном понимании друг друга, на умолчаниях, непроявленных подразумеваниях и ошибочных представлениях, что в дальнейшем в ходе партнерского взаимодействия неизбежно приведет к проблемам. Нередко та ситуация, в которой действуют участники коммуникации, является сложной и содержит внутренние противоречия. Это приводит к существенному различию позиций, к непониманию, спорам и конфликтам.
Коммуникация бывает успешной тогда, когда удается перевести конфликты в содержательный план, осознать, какие за ними стоят объективные противоречия, и эти противоречия разрешить
Уже на этих примерах видно, что в отличие от производственных или финансовых процессов процессы коммуникации:
Существенно опираются на контекст и смысл
Похожи на интеллектуальную игру между партнерами
Мало формализованы
как определять эффективность коммуникации?
Сущностная особенность коммуникации как раз состоит в том, что из ситуации неопределенности через порождение смысла, выработку понимания сути дела и взаимопонимания она обеспечивает переход к определенности — к точному самоопределению и взаимоопределению участников в отношении к какому-то предмету. Таким образом, возникает целый ряд вопросов, требующих предметной проработки:
Что считать результатом коммуникации?
Как определять и измерять эффективность коммуникации?
Что показывает сравнение по параметру эффективности коммуникации «офлайн» и «онлайн», «естественной» и оцифрованной коммуникации?
НОРМЫ И МЕТОДИКИ КОММУНИКАЦИИ
Коммуникация всегда определяется рамками ситуации: с официантом в ресторане разговаривают не так, как с судьей на суде, и не так, как в публичной политической дискуссии.
Для определенных видов коммуникации еще с античности разрабатывались нормы и методики: софистика софистов, майевтика Сократа, диалектика Платона, логика, топика и ораторское искусство Аристотеля.
На современном образовательном и консалтинговом рынке можно увидеть множество методик и тренинговых курсов по искусству выступлений, презентаций, продаж, ведения дискуссий и т. п. Как правило, в этих методиках приводятся эффективные коммуникативные приемы.
Читать далее
Одной из первых подобных отечественных методик была книга выдающегося русского логика и педагога С. И. Поварнина «Искусство спора». Вот как в ней, например, описывается характерный прием «возвратного удара»: «Рассматривая несовместимость довода противника с нашей мыслью, мы иногда открываем не только, что он совместим с последней, но что более того: он служит выгодным доводом в пользу нашей мысли. Например, положим… Я предлагаю выбрать третейским судьею г. Икса. Мне возражают: "Но ведь он не знаком ни с одним из противников". Я подхватываю этот довод: "Именно поэтому-то он особенно будет на месте: меньше вероятности, что он будет пристрастен к кому-нибудь из них". …Этому использованию довода противника для доказательства нашего тезиса соответствует другой обратный случай, тоже часто встречающийся при защите, но нередко упускаемый защитою: довод оказывается несовместимым не столько с нашим тезисом, сколько с тезисом противника (антитезисом) или с каким-нибудь его утверждением. Он иногда разрушает тезис самого противника. Такие доводы нападения называются "самоубийственными2 и дают в руки защите случай для очень эффектного удара. Тут иной раз уже нечего обсуждать, истинен ли довод или нет; совместим ли он с нашим тезисом или нет. Он разрушает тезис противника — и достаточно отчетливо показать это, чтобы противник попал в трудное положение: или отказаться от довода, или отказаться от тезиса. В устном споре из-за победы это иногда то же, что попасть "в мельницу" в физической борьбе, если только противник умелый и опытный. Оба эти случая применения довода противника против него же самого называются общим именем: возвратного удара или возвратного довода (retorsio argumenti) и в искусных руках являются очень эффектными моментами спора».
Источник
Часто коммуникация напоминает «бои без правил» и в ней используются манипулятивные и «запрещенные» приемы. Традиционно такие приемы называются софистикой. Пример методики современной софистики можно найти в книге А. Белякова и О. Матвейчева «Практическая софистика». Для социальных взаимодействий и управленческой борьбы коммуникативные методики разработаны и описаны в книгах Тарасова. Итак, несмотря на то, что коммуникация — наименее формализуемая часть человеческой деятельности, она не протекает совершенно стихийно.
В коммуникации актуализируются культурные нормы и приобретенные участниками коммуникативные компетенции
Какие-то методики и инструменты коммуникации оказываются уместны и эффективны в данной ситуации, а какие-то нет.
Как повышать собственную коммуникативную компетентность?
Как разрабатывать эти нормы, методики, коммуникативные инструменты?
Какие подходы и методики наиболее универсальны и позволяют серьезно развить коммуникативные способности человека?
Для большинства коммуникативных ситуаций принципиальное значение имеет рефлексия: насколько участник видит логику коммуникативной ситуации в целом, понимает картину мира собеседника и может «просчитать» его коммуникативные действия.
Какими должны быть способы и инструменты рефлексивного мышления в коммуникации?
Как можно было бы осваивать их, развивая у себя рефлексивные способности?
Это все — законные вопросы с точки зрения образования. Коммуникация — одно из важнейших метапредметных содержаний образования, необходимых в любой профессии и при любой деятельности.
Вместе с тем на сегодняшнем уровне технологического развития вполне может быть поставлен вопрос и о цифровых инструментах коммуникации. Можно ли создать такие электронные помощники человека, которые бы повышали его коммуникативные компетенции, облегчали освоение коммуникативных способов и приемов, помогали в разных коммуникативных ситуациях действовать наиболее эффективно? Какие подходы в области IT можно использовать, чтобы решить намеченную задачу?
Разработческая программа «Компьютер как усилитель человеческого интеллекта»
В 1962–1963 гг. К. Д. Энгельбарт выступил с рядом программных текстов, где излагалась концепция усиления человеческого интеллекта (Augmenting Human Intellect: A Conceptual Framework, 1962; A Conceptual Framework for the Augmentation of Man's Intellect, 1963 г.). Энгельбарт писал, что компьютер создает новую стадию человеческой эволюции, которая характеризуется «автоматизацией обращения с внешними символами».
Это была центральная идея: интеллект человека основан на знаках и на работе со знаками, если создать на новом технологическом уровне мощные инструменты работы со знаками, то это приведет к развитию человеческого интеллекта
Интересно углубиться в историю и рассмотреть, почему развитие компьютеров
и программирования могло привести и привело к такой концептуальной постановке задачи.
Читать далее
Электронные вычислительные машины по своей сути являются материализованной и отчужденной от человеческой субъективности математикой. Вся их сила и вся их ограниченность заключается в родовом их происхождении. Ведь математика — это искусственный язык, в котором постоянно вырабатываются и накапливаются правила оперирования со знаками — цифрами, буквами, чертежами.

Исходной предпосылкой создания вычислительных машин (а первые их образцы были сделаны Паскалем и Лейбницем) стала формализация математики — когда математические знаки были оторваны от их смысла содержания и стали объектами манипуляций, подобной манипуляциям с чувственно-данными вещами. И это манипулирование можно было перевести в процедуры и действия машины.

Важнейшим этапом развития человеко-машинных систем было создание языков программирования высокого уровня и иерархическое разделение системных и прикладных программ. Языки программирования обеспечили интерфейс между человеком, решающим определенную вычислительную задачу, и цифровым автоматом, осуществляющим процедуры вычислений. Были разработаны средства разработки трансляторов и компиляторов для языков программирования, которые обеспечили связь-кодирование между «человеческими» знаками, с одной стороны, и электрическими сигналами цифровых автоматов — с другой. Первые человеко-машинные системы, таким образом, обеспечивали взаимодействие программистов с вычислительными автоматами и требовали создания удобных интерфейсов и средств редактирования текстов программ. Эту историю можно рассматривать как эволюционную предпосылку для появления программы Д. К. Энгельбарта.
Предыдущая эволюция вычислительной техники и программирования только ярче оттеняет тот факт, что идея Энгельбарта внесла качественную новизну в понимание назначения компьютера и характер всех дальнейших разработок. Новация состояла в переопределении базового назначения компьютера, основных функций и решаемых задач.
До этого компьютер был в точном смысле этого слова вычислителем. Человек (физик, математик, экономист и др.) ставил вычислительную задачу и описывал алгоритм ее решения, а компьютер выполнял собственно вычислительную часть работы и выдавал ответ. Все знаковые инструменты и устройство интерфейса были призваны обеспечивать именно это человеко-машинное взаимодействие.
Энгельбарт изменил миссию компьютера. Вычислительные действия перестали быть ценными как часть решения математической задачи, они были приспособлены для поддержки работы знаково-графического интерфейса. А ценной стала работа пользователя с теми знаками, существование которых обеспечивал компьютер и носителями которых он стал
9 декабря 1968 г. в Сан-Франциско, на «Единой осенней компьютерной конференции» Энгельбарт со своими коллегами провел публичную демонстрацию своих разработок, представляющих прообраз персональных компьютеров и будущей веб-среды. Эту демонстрацию и сейчас можно увидеть в интернете под именем The Mother of All Demos.
Именно с разработок Дугласа Энгельбарта начинается история того, что называется ГИП — графический интерфейс пользователя (англ. graphical user interface, GUI). Вопросы, которые мы затронули в этом разделе, требуют отдельной углубленной проработки.
Как системно описывать устройство человеко-машинных систем (ЧМС)?
Какие методы и подходы обеспечивают проектирование ЧМС?
Насколько сегодняшние инструменты дизайна человеко-машинного взаимодействия (UI и UX) предопределены стереотипами прежних разработческих программ, а насколько они являются универсально-системными, позволяющими выходит за рамки этих стереотипов?
Автоматизация интенциональных отношений
Карл Энгельбарт исходил из того, что мышление опирается на знаки и осуществляется в знаках. Но что такое знак? С одной стороны, знак — это некоторая материальная вещь, которую мы чувственно воспринимаем. Это фигура, нанесенная типографской краской на бумагу или выведенная светящимися пикселями на экран. Знаком как материальной вещью мы можем манипулировать: создавать его или стирать, перемещать, выделять и раскрашивать и т. п. Можно видеть, что реализация программы Энгельбарта привела к тому, что компьютер стал носителем знакового материала, обеспечивающим его удобное хранение, передачу по линиям связи и удобные манипуляции с ним.
Но если бы знак был только материальной вещью, он не отличался бы от природных тел. Например, камень в определенном месте или некоторый узор могут быть знаками, а могут и не быть — все зависит от того, можно ли прочитать их как знаки, понять и извлечь смысл. И если это субъективное понимание «оторвать» от знака, он тут же перестанет быть собственно знаком, а станет простой чувственно-воспринимаемой вещью.
Материальную вещь делает знаком только наше субъективное его понимание, только порожденный в этом субъективном понимании личностный смысл
Значит ли это, что любая субъективная фантазия порождает знак? Например, воображаемая при взгляде на облако свинка делает облако знаком — изображением свиньи? Если бы это было так, мы оказались бы в ситуации полного субъективизма и произвола. Значит, мы должны признать существование еще такой особой компоненты знака, как его культурное, нормативное значение.
Можно видеть, что в рамках программы Энгельбарта цифровые инструменты поддерживают только поведенческую, манипулятивную сторону работы со знаками как с некоторым материалом. Работа же со смыслами и значениями никак не инструментализируется.
Можно ли создать цифровые инструменты смыслопорождения?
Можно ли за счет этого усиливать мыслительный, рефлексивный, коммуникативный интеллект человека?
Такую постановку вопроса во второй 80-х гг. осуществил отечественный разработчик, методолог и педагог Владимир Жегалин. Под руководством Жегалина была создана электронно-семиотическая машина (ЭСМ), в которой цифровое устройство приобрело особую миссию — инициировать рефлексию пользователя. Это было сделано за счет применения к проектированию человеко-машинной системы мыследеятельностного и системного подходов. В человеко-машинной системе ЭСМ обеспечивала культурное нормирование и рефлексивное управление, а человек вырабатывал личностный субъективированный смысл и осуществлял креативное мышление при решении задачи.
Эти разработки, опередившие свое время, показывают принципиальную возможность компьютеризации и цифровизации не бихевиористского, не поведенческого типа. Таким образом мы можем сформулировать задачу запуска нового шага развития программы «Компьютер как усилитель человеческого интеллекта».
Требуется обеспечить инструментальную поддержку и повышение эффективности коммуникации и смыслообразования. Необходим подход, выводящий за рамки автоматизации поведения и обработки поведенческих цифровых следов. Должны быть созданы принципиально новые человеко-машинные системы, организующие интенциональные процессы понимания и рефлексии у человека
Комплексная гуманитарно-техническая разработка и экосистема разработки
Можно увидеть, что на плацдарме, где развертываются цифровые системы, конкуренция идет не только и не столько между компаниями и корпорациями, сколько и между разработческими программами.
Примером такой программы и является программа Д. Энгельбарта «Компьютер как усилитель человеческого интеллекта».
Читать о программе
Эта программа может быть охарактеризована следующим образом.
1. Начало — футурологическая концепция революционного улучшения мира, идея компьютера как «усилителя интеллекта» и определенные представления об интеллекте (мышлении).
Начало отсчета программы следует вести от идей В. Буша (1890−1974 гг.). В 1945 г. вышла статья В. Буша «As we may think», где на основе ассоциативной модели мышления была высказана идея гипертекста. В. Буш считал, что нужно сделать машину — персонального помощника, — и тогда развитие информационных технологий будет служить усилению демократического плюрализма.

Дуглас Энгельбарт зажегся идеями Буша. Он продолжил их, формулируя представления о новой эпохе человеческой эволюции, которая характеризуется «автоматизацией обращения с внешними символами». Он добавил целый ряд своих идей, связанных с «симбиозом» машины и человека, где компьютер усиливает интеллектуальные возможности человеческого мышления. В качестве образцов мышления по-прежнему рассматривается преимущественно работа с текстами. Важно, что параллельно с разработкой персонального компьютера начала технологизироваться и сетевая работа. Xerox PARC довел идеи до технической реализации. Microsoft и Apple развивили идеи максимально, довели до совершенства, коммерциализации и массового употребления.

2. Историческое время полного вызревания, разворачивания и реализации исходных идей — 60−70 лет.

3. Автоматизировалась устоявшаяся, массовая и хорошо известная деятельность — работа с текстами, документами, каталогами. Разработческие идеи выдвигались не специалистами по мышлению: не философами, не логиками, не психологами. Ее вели физики, инженеры, программисты, математики. Разработка имела изобретательский характер. Она не была комплексной технически-гуманитарной. Подключение эргономистов, психологов, дизайнеров и пр. произошло на поздней стадии коммерциализации идей в компаниях Apple и Microsoft.
Сегодняшняя ситуация отечественных разработок в сфере цифровых систем и IT может характеризоваться как догоняющая модернизация. Ее суть в том, что в массе своей разработки ведутся по прототипам, при этом центры генерации прототипов находятся за рубежом. Для технологической конкурентоспособности России сегодня важно иметь собственные разработческие программы, оригинальные, опирающуюся на эксклюзивные возможности отечественных философии, методологии, науки, математики, культуры IT-разработок. Ниже приводится принципиальная схема полипозиционного устройства комплексной гуманитарно-технической разработческой программы.
Схема полипозиционного устройства комплексной гуманитарно-технической разработческой программы
Цифровой мир — результат миллиардов человеко-часов, вкладываемых в него разработческими командами. Разработческие программы запускаются и реализуются в экосистеме разработки.
Анализ опыта Силиконовой Долины показывает, что современный бизнес IT совместно со своими деловыми партнерами выращивает на себе особую культуру проектной деятельности, соорганизации различных предметных областей, выстраивания цепочек стоимости на принципах гибкой и мобильной самоорганизации. Эта культура рассматривается и как внутрикорпоративный, и как межкорпоративный принцип. С одной стороны, она фундирована институтами, прежде всего институтом права, без которого подобная организация бизнеса невозможна. С другой стороны, для ее поддержки создаются и апробируются различные инфраструктурные платформенные IT-решения.
Выращенные и отработанные способы деятельности, развертываемые на инфраструктуре цифровых технологических платформ, рефлектируются, универсализируются и проецируются на будущие технологии во всех отраслях. Тем самым осуществляется определение будущего на шаге развития цифрового мира.
Помимо описанного выше, экосистема разработки включает в себя концептуально-рефлексивный этаж. Это место занимают исследователи-концептологи университетов, экспертно-мозговые центры (hink tanks). Принципиальную роль играет Голливуд, массово производящий фильмы, в которых обыгрываются и тем самым исследуются различные сценарии близкого и отдаленного будущего.
Для России чрезвычайно актуальной является задача создания сомасштабной и конкурентоспособной экосистемы разработок. Сегодня реализация программы НТИ создает предпосылки для этого.
В частности, IT-кластером Новосибирского Академгородка инициирована комплексная программа SferUm — программа цифровизации коммуникации, реализуемая на описанных выше принципах. В рамках этой программы формируется система междисциплинарного взаимодействия, открытое сетевое сообщество, развертывается разработческий «полигон» экспериментирования с коммуникацией, создается технологическая платформа и спектр прикладных решений на ее основе. Принцип испытания своих инструментов в собственной деятельности, выращивания новой цифровизации на себе в программе SferUm предполагается реализовать, прежде всего, на инновационных и образовательных площадках Акдемгородка и Новосибирска, а также в сети. Цель — создание к 2035 г. лидирующих продуктов на рынках НейроНет.
Беседа Александра Нечипоренко и Александра Воинова, создателя проекта Fire.to
#нейронет #коммуникации #образование #коммуникативныеприемы #освоениепонятий #смыслообразование #оцифровкакоммуникаций #машинныйинтеллект #методология #ассистент
#машинныйинтеллект #компьютерноезрение #компьютерныйслух #нейросети
Больше лонгридов и заданий доступны при записи на курс
Находясь на сайте, вы даете согласие на обработку файлов cookie. Это необходимо для более стабильной работы сайта
Понятно
Close